Паустовский К.Г. «Когда при Берге произносили слово «родина», он усмехался»


(1)Когда при Берге произносили слово «родина», он усмехался. (2)Не замечал красоты природы вокруг, не понимал, когда бойцы говорили: «(3)Вот отобьем родную землю и напоим коней из родной реки».

— (4)Трепотня! — мрачно говорил Берг. -(5)У таких, как мы, нет и не может быть родины.

— (6)Эх, Берг, сухарная душа! — с тяжелым укором отвечали бойцы. — (7)Ты землю не любишь, чудак. (8)А еще художник!

(9) Может быть, поэтому Бергу и не удавались пейзажи.

(10) Через несколько лет ранней осенью Берг отправился в муромские леса, на озеро, где проводил лето его друг художник Ярцев, и прожил там около месяца. (11)Он не собирался работать и не взял с собой масляных красок, а привез только маленькую коробку с акварелью.

(12)Целые дни он лежал на ещё зеленых полянах и рассматривал цветы и травы, собирал ярко-красные ягоды шиповника и пахучий можжевельник, длинную хвою, листья осин, где по лимонному полю были разбросаны черные и синие пятна, хрупкие лишаи нежного пепельного оттенка и вянущую гвоздику. (13)Он тщательно разглядывал осенние листья с изнанки, где желтизна была чуть тронута свинцовой изморозью.

(14)На закатах журавлиные стаи с курлыканьем летели над озером на юг, и Ваня Зотов, сын лесника, каждый раз говорил Бергу:

— (15)Кажись, кидают нас птицы, летят к теплым морям.

(16)Берг впервые почувствовал глупую обиду: журавли показались ему предателями. (17)Они бросали без сожаления этот лесной и торжественный край, полный безымянных озер, непролазных зарослей, сухой листвы, мерного гула сосен и воздуха, пахнущего смолой и сырыми болотными мхами.

(18)Как-то Берг проснулся со странным чувством. (19)Легкие тени ветвей дрожали на чистом полу, а за дверью сияла тихая синева. (20)Слово «сияние» Берг встречал только в книгах поэтов, считал его выспренним и лишенным ясного смысла. (21)Но теперь он понял, как точно это слово передает тот особый свет, какой исходит от сентябрьского неба и солнца.

(22)Берг взял краски, бумагу и, не напившись даже чаю, пошел на озеро. (23)Ваня перевез его на дальний берег.

(24)Берг торопился. (25)Берг хотел всю силу красок, все умение своих рук, все то, что дрожало где-то на сердце, отдать этой бумаге, чтобы хоть в сотой доле изобразить великолепие этих лесов, умирающих величаво и просто. (26)Берг работал как одержимый, пел и кричал.

…(27)Через два месяца в дом Берга принесли извещение о выставке, в которой тот должен был участвовать: просили сообщить, сколько своих работ художник выставит на этот раз. (28)Берг сел к столу и быстро написал: «Выставляю только один этюд акварелью, сделанный этим летом, — мой первый пейзаж».

(29)Спустя время Берг сидел и думал. (30)Он хотел проследить, какими неуловимыми путями появилось у него ясное и радостное чувство родины. (31)Оно зрело неделями, годами, десятилетиями, но последний толчок дал лесной край, осень, крики журавлей и Ваня Зотов.

— (32)Эх, Берг, сухарная душа! — вспомнил он слова бойцов.

(33)Бойцы тогда были правы. (34)Берг знал, что теперь он связан со своей страной не только разумом, но и всем сердцем, как художник, и что любовь к родине сделала его умную, но сухую жизнь тёплой, весёлой и во сто крат более прекрасной, чем раньше.

  • Константин Георгиевич Паустовский (1892-1968) — русский советский писатель, классик русской литературы

Сочинение по тексту

Добавить комментарий

HTML Snippets Powered By : XYZScripts.com
%d такие блоггеры, как: