Бондарев Ю.В. «Когда Сафонов вошел в родной городок…»

На этот текст еще нет сочинения. Подробнее смотрите ниже…

Когда Сафонов вошел в родной городок, окраины встретили его длинными, через всю дорогу, тенями от старых тополей; кое-где в садах подымался синеватый самоварный дымок, ветви обогретых солнцем яблонь свешивались через заборы. С волнением и любопытством посмотрев на темное здание школы, вдруг заметил он справа, в сырой темноте парка под густыми акациями, красный огонек, пробивающийся меж ветвей. Неужели Мария Петровна?.. 3десь жила Мария Петровна, его учительница по математике, как же он сразу о ней не подумал, не вспомнил! Всегда он был ее любимцем, она пророчила ему блестящее математическое будущее… Сафонов зашагал по аллее в глубину парка, а когда близко увидел маленький домик под деревьями, тусклый свет в окне, задернутом красной занавеской, он даже задыхался. Сколько лет они не виделись! 3десь ли она теперь? Жива ли? Что с ней?

— Мария Петровна, — тихо и зовуще сказал Павел Георгиевич, — вы меня узнаете?

— Входите, — сказала она тем вежливым, строгим голосом, каким, очевидно, обращалась к родителям своих учеников, когда те приходили «поговорить». Она несколько секунд всматривалась в него снизу вверх, он видел ее болезненно-бледное, состарившееся, будто источенное лицо, и в эту минуту, сдерживая жалость, отметил про себя, как сильно она изменилась, стала еще более тонкой, хрупкой, только седые волосы были коротко и знакомо подстрижены.

— Паша Сафонов… Паша? — проговорила она почти испуганно, и Павлу Георгиевичу показалось, что лицо ее задрожало. — Садись, пожалуйста, вот сюда, к столу, Паша… Ты приехал?

— Да, да, я сейчас, я сейчас! — обрадованно заговорил Сафонов, с неловкостью вешая плащ, шляпу на вешалку, где виднелось одинокое пальто Марии Петровны.

— Мария Петровна, а кто заходил к вам, кого вы встречали еще из нашего класса? Гришу Самойлова видели? Артист. Помните, он корчил рожи, а вы ему сказали, что у него способности? Неужели не приезжал?

Мария Петровна не ответила, она, наклонив голову, мешала ложечкой в чашечке, и он увидел на ее пальце неотмывшееся чернильное пятно, перевел взгляд на ее источенное лицо и с какой-то внезапной жалостью, с любовью увидел морщины вокруг ее губ, ее тонкую, слабую шею, коротко подстриженные, сплошь белые волосы, и что-то больно, тоскливо сжалось у Павла Георгиевича в груди. Он подумал, что, если бы она умерла, он не знал бы этого. И не знали бы другие…

— Мария Петровна, а интересно, кто-нибудь пишет вам?

— Нет, Паша, — сказала она. …

Сафонов хорошо помнил, как они прощались: он как-то стыдливо снял свой роскошный плащ, который висел рядом с потертым пальто старой учительницы, и с непроходящим ощущением вины поклонился. (30)Всю дорогу до Москвы Сафонов не мог успокоиться, переживал чувство жгучего, невыносимого стыда. Он думал о Витьке Снегиреве, о Шехтере, о Самойлове — о всех, с кем долгие годы учился когда-то, и хотелось ему достать их адреса, написать им гневные, уничтожающие письма. Но он не знал их адресов. Потом он хотел написать Марии Петровне длинное извинительное письмо, но с ужасом и отчаянием подумал, что не знает номера ее дома. На большой станции Сафонов, хмурый, взволнованный, вышел из вагона. Он зашел на почту и, поколебавшись, дал телеграмму на адрес школы, на имя Марии Петровны. В телеграмме этой было два слова: «Простите нас».

  • Бондарев Юрий Васильевич (род. в 1924 г.) – русский писатель

Обращение к посетителям

На этот текст еще нет сочинения

Напишите в комментарии заметку о желании видеть сочинение на этот текст. Сочинение будет написано и опубликовано

Также можно заявить о других текстах, на которые нужны сочинения

Если нет желания регистрироваться или подписываться на новости, просьбы о написании сочинения можно присылать обычным письмом на адрес giga9@yandex.ru /электронный адрес и форма ВКОНТАКТЕ указаны во вкладке «Контакты» /

Добавить комментарий

HTML Snippets Powered By : XYZScripts.com